Паттерны взаимоотношений в родительской семье и их связь c полоролевыми установками женщин

Предполагается, что каждое новое поколение получает в наследство от своей семьи груз семейных историй в виде множества стереотипных поведенческих моделей и незавершенных эмоциональных взаимоотношений, которые продолжают свою жизнь в лабиринтах «семейного бессознательного» и детерминируют поведение человека, мотивационные тенденции, выборы и способы реагирования в самых различных ситуациях.

Исследование межпоколенной передачи моделей поведения предпринимали многие психологи: А. Шутценбергер [9], Л. Сонди [5], Э. Берн [1] и др.[5]. Еще на заре возникновения психоанализа З. Фрейд в своих работах «Введение в психоанализ» (1917) и «Новые лекции по психоанализу» [6] развивал мысль о том, что индивидуальный опыт человека чаще всего носит отпечаток опыта, накопленного старшими поколениями, т.е. старшее поколение транслирует собственный опыт младшему. Ф. Дольто утверждала, что бессознательное матери и ее ребенка связаны между собой, и ребенок, скорее всего, предугадывает и чувствует вещи, которые относятся к его роду на протяжении достаточно большого количества поколений. М. Боуэн, создавая свою «Теорию Семейных Систем», представлял семью как целостную систему и старался увидеть и отразить те системные процессы, которые могут управлять эмоциональным поведением личности в дальнейшем [8].

Несмотря на достаточно большое количество работ по проблеме межпоколенной передачи семейных паттернов, до сих пор до конца не изученными остаются механизмы трансляции установок, способы усвоения и принятия этих установок, а так же существуют национальные особенности  передачи поколенческого опыта, которые могут иметь место только в определенной этнической среде.

Паттерны (англ. Pattern, от лат. patronus – модель, образец для подражания, шаблон, стиль, узор, выкройка), т.е. устойчивые модели поведения, которые человек предпочитает использовать при взаимодействии с другими людьми, являются базовыми единицами бессознательного, выделенным автоматизмом.

Актуальность исследования заключается в том, что выявление паттернов семейных взаимоотношений позволяет их классифицировать, а так же задает направление для новых исследований в области семейной и гендерной психологии.

Для выявления и определения связи между паттернами взаимоотношений в родительской семье и полоролевыми установками женщин было проведено исследование, направленное на выявление и описание имеющихся паттернов поведения в каждом отдельном случае. Далее проводилось исследование влияния выявленных паттернов на дальнейшее полоролевое поведение женщины.

Объектом нашего исследования, таким образом, являются поведенческие паттерны, существующие в семье каждой из испытуемых и транслирующиеся в качестве собственного опыта родителями детям.

Предметом исследования является патологизация поведенческих паттернов, которые могут привести к нарушению полоролевых установок женщины, получившей в процессе воспитания в этой семье подобный деструктивный опыт. Исследование именно женщин было обусловлено тем, что они по статистике чаще, чем мужчины обращаются за психологической помощью, а так же для сужения области исследования.

Гипотезы исследования:
1.    Предполагается, что семейные сценарии имеют в своей основе поведенческие паттерны, заимствованные из родительской семьи.
2.    Патологические поведенческие паттерны оказывают негативное влияние на формирование полоролевого поведения женщины, что создает ей сложности в установлении близких партнерских отношений с противоположным полом.

Целью данного исследования является выявление проблемных паттернов взаимоотношений в родительской семье и определение степени их влияния на формирование полоролевых установок женщин.

Задачи исследования:
– провести диагностику испытуемых с целью выявить общие характеристики в личностно-психологической структуре испытуемых;
– выявить паттерны взаимоотношений в родительской семье испытуемых;
– выявить трансляцию паттернов  взаимоотношений родительской семьи в семейную
жизнь испытуемых;
– выявить связь между семейными паттернами и полоролевыми установками у женщин;

В качестве методов исследования были использованы: разработанная нами схема наблюдения, беседа, рисунок несуществующего животного (РНЖ) [3] и метод портретных выборов (тест Сонди) [4].

В исследовании приняли участие 18 женщин в возрасте от 24 до 57 лет, различных профессий (экономисты, бухгалтеры, соцработники, медсестры, продавцы, преподаватели), различного образования (от среднего до двух высших, технического, экономического и гуманитарного профиля), семейного (замужние, разведенные, состоящие в гражданском браке) и социального положения (пенсионерки, студентки, руководители, исполнители).

Исследование проводилось в соответствии со следующей схемой: проводилась первичная консультация, затем диагностика испытуемых и затем две индивидуальные консультации с целью уточнить полученные результаты, глубже изучить состояние пациентов и их личностные особенности. С каждой пациенткой проводилась индивидуальная работа, в результате которой была получена клиническая картина, сформулирован запрос, с которым поступили пациентки в клинику. Далее был проведен качественный анализ полученных результатов для описания зависимости полоролевых установок женщин от семейных паттернов. Анализировался также и механизм передачи полоролевых установок из поколения в поколения.

В процессе исследования было выделено три группы поведенческих паттернов в родительской семье испытуемых, которые могли повлиять на полоролевые установки женщин:

«Жена – диктатор». Жена проявляет публичное неуважение к мужу, обесценивает его как мужчину и как главу семьи, критикует, оскорбляет, ставит в пример других мужчин, демонстрирует презрение, заостряет внимание детей на слабостях отца. В свою очередь отец чаще всего злоупотребляет алкоголем, заранее занимает вторые роли в семье, перестал сопротивляться нападкам супруги. У детей с отцом гораздо ближе эмоциональная связь, они любят его за доброту, некоторую бесконтрольность и свободу в воспитании.

Женщина, вырастая в таких условиях, испытывает трудности в установлении близких партнерских отношений с мужчинами, стремится найти опору и поддержку в муже, но имея установки на обесценивание мужчин, вызывает конфликтные ситуации, провоцирует ссоры, старается доминировать, но получив определенные права, не знает, что с ними делать. Невозможность компенсировать возникший диссонанс приводит к разводам, обесцениванию мужчин в целом, трансляцию данного паттерна своим детям.

«Женщина-сын». Один из родителей или оба, хотели мальчика, но родилась девочка, и ее воспитывают по мужскому образу. Стараются привить такие качества, как сила воли, стремление к лидерству, бескомпромиссность, дают установку на самостоятельное выживание в сложном и полном опасности мире, одобряют агрессивное поведение при достижении цели. Девочку редко одевают в платье, приветствуется мужской стиль поведения, коротко стригут волосы ребенку. Ребенок в такой семье легко управляется с инструментами, дружит в основном с мальчиками, может проявлять неуважение к девочкам.

Женщина из такой семьи испытывает трудности в установлении близких партнерских отношений с мужчинами, ей трудно преодолеть барьер между дружескими и интимными отношениями, со стороны мужчин она видит к себе отношение как «к своему парню». Кроме того, существует идеальный образ мужчины, похожего на отца, что усложняет взаимоотношения с противоположным полом, т.к. происходит постоянное сравнение реального и идеального образов, приводящее к обесцениванию взаимоотношений, если реальный мужчина не соответствует идеалу.

«Мать-одиночка».
Родительская семья разрушилась по разным причинам – развод, смерть мужа, в результате которых жена остается с маленьким ребенком, переводя все внимание полностью на него. Все время и силы мать тратит только на дочь или нескольких детей, мужчины в доме появляются редко из-за страха ревности детей, из-за мыслей, что мужчине будут не нужны чужие дети и т.д. Ребенок ощущает дефицит мужского внимания, испытывает переизбыток материнского, видит полную самоотдачу матери.

Женщина из такой семьи испытывает сложности в установлении близких партнерских отношений с мужчинами, т.к. у нее отсутствует пример установления таких отношений. Ей гораздо проще представить, как жить без мужчины, она знает законы выживания матери-одиночки. Она полностью перенимает модель поведения матери в случае, если возникает сходная ситуация. Даже если семья не распадается, то в определенный момент супруги теряют эмоциональную связь и проживают в одной квартире как соседи.

Таким образом, проведенное нами исследование выявило проблемы, связанные с нарушением полоролевых установок женщин, проблемы в их личной жизни и сложности в установлении близких партнерских отношений с противоположным полом.

Обобщая полученные результаты исследования, можно сделать следующие выводы:

1. Испытуемые женщины, которые воспитывались в семье с трансформированными полоролевыми поведенческими паттернами, в своей последующей взрослой жизни испытывают трудности в установлении прочных близких отношений с противоположным полом – сложности в общении с мужчинами, отсутствие постоянного партнера, разводы, отношения не соответствуют ожиданиям и т.д.

2. Испытуемые женщины, которых воспитывали в семье с трансформированным полоролевым поведением, впоследствии испытывают сложности с половой идентификацией и у них отсутствуют четкие полоролевые установки, например «Мать-одиночка» абсолютно уверена, что может заменить ребенку отца, стремится проявлять мужское поведение, сыграть одновременно обе роли.  «Жена-диктатор» принижая роль мужа так же пытаются взять на себя мужские функции, считая, что если она это не сделает, то не сделает никто, принимает на себя роль мужчины.

3. Заимствованный паттерн полоролевого поведения может внешне иметь иную  форму, но, по сути, остается прежним, например в семье «Жены-диктатора» не обязательно муж алкоголизирован, но принижение его роли все-равно прослеживается;

4. Испытуемые женщины, которых воспитывали в семье с трансформированным полоролевым поведением, сознательно испытывали страх повторения семейного сценария, но на подсознательном уровне повторяли его и когда, по прошествии времени, осознавали это, испытывали панику, чувство бессилия что-либо изменить, депрессивное состояние.

Для исследования поведенческих паттернов был выбран качественный подход, т.к. он предполагает более глубокий психологический анализ мира, явлений в нем, а так же самой личности. Однако для доказательства наличия связи между поведенческими паттернами в родительской семье и трансформацией полоролевого поведения женщин необходимо провести количественный анализ, который может, во-первых, выявить другие виды поведенческих паттернов, а во-вторых, откинуть дополнительные переменные, оказывающие влияние на формирование полоролевых установок у женщин, такие как, семейные паттерны мужчин, с которыми женщины образуют пары, наличие и количество детей, количество браков, возраст партнеров, продолжительность отношений, условия проживания и т.д.

В дальнейшем предполагается вести исследование проблемы установления взаимосвязи между паттернами взаимоотношений в родительских семьях и полоролевыми установками женщин по следующим направлениям: исследовать влияние на формирование полоролевых установок, степень осознания и принятия женщинами семейных паттернов и сценариев, поиск психотерапевтических действий и методов реабилитации при обращении женщинами за психологической помощью. Кроме того, аналогичное исследование необходимо провести с мужчинами.

Список используемой литературы:
1.    Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений; Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы: М, 1988
2.    Витек К. Проблемы супружеского благополучия. М., 2006.
3.    Романова Е. В. Проективные графические методы. СПб, 2001.
4.    Собчик Л. Н. Модифицированная методика Сонди (Тест восьми влечений). СПб, 2002.
5.    Сонди Л. Судьбоанализ. М., 2007.
6.    Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. М., 1991. С. 369-385.
7.    Хорни К. Женская психология. СПб., 1993. С. 76-87.
8.    Шнейдер Л. Б. Семейная психология. М., 2007.
9.    Шутценбергер А. А. Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы, М., 2001

Авторы: Федорова Евгения Викторовна, кандидат психол. наук, доцент
Вайсман Сергей Ефимович, аспирант-соискатель
Гуманитарный университет, Екатеринбург

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *