Шизофрения. Границы социального бытия: проблема «онтологической неуверенности»

lg_aa9a7882494cc73ffe76856c06e0ed1e.jpg

Люблю хвастаться своей магистерской диссертацией по теории шизофрении. Как мне кажется, небезосновательно. Это та работа, в которую я вложила массу сил, времени, и которая была реально интересной для меня.
Весной у меня написалась небольшая статья по данной проблематике и я даже выступила с ней на конференции родного факультета.
Ниже публикую текст.

ГРАНИЦЫ СОЦИАЛЬНОГО БЫТИЯ: ПРОБЛЕМА «ОНТОЛОГИЧЕСКОЙ НЕУВЕРЕННОСТИ»

Аннотация. В статье освещается проблема осмысления границ норма-
тивности, поднимается вопрос о связи бытия социального и индивидуально-
го. Анализируется переживание индивидуального бытия лицами с диагнозом
шизофрения. Автор приходит к выводу, что шизофреническое существование
отличается от обычного лишь способом коммуникации с внешним миром.

Одним из наиболее дискуссионных вопросов современности является вопрос о границах социального бытия. Это и обсуждения по поводу восприятия обществом альтернативной сексуальности, которое за последнее десятилетие претерпело колоссальные изменения, и другие вопросы нормативности. Так, например, в последние несколько лет в России набирает силу движение психоактивистов, которое пытается привлечь внимание к проблеме отношения общества к людям с диагнозами психических заболеваний.

Подобные вопросы всегда включают в себя понятие, ускользающее от понимания, однако интуитивно каждый полагает его присутствие – это понятие “граница”. Раньше при изучении границы, отделяющей психическую норму от ненормальности, мы вынуждены были присоединиться к точке зрения медиков-клиницистов, либо занять противоположную позицию и проповедовать отсутствие в природе каких бы то ни было психических заболеваний. Антипсихиатрическое движение критикуется многими исследователями психических феноменов за его крайний радикализм в отношении к существовавшей тогда нозологии. И даже Р. Лэйнг, которого принято называть отцом антипсихиатрии, старался оградить себя от причисления к этому движению.

Любая граница всегда определяется обществом исходя из конвенциальных понятий нормы и ненормальности, и можно сказать, что граница – понятие, относящееся к бытию социальному. Однако, это не совсем верно. Бытие социальное и бытие индивидуальное сопряжены друг с другом и друг друга определяют, они неразрывно связаны и изменение одного меняет другое.

В отражении социального бытия мы можем увидеть, как стороны существования индивида, которые ранее были скрыты, начинают заявлять о себе. Постепенно становятся чем-то, что выносится на всеобщее обозрение через надлом, кризис. Люди начинают заявлять о своем существовании в качестве ненормативных субъектов и требуют от общества признания. То, что раньше было неприличным, неприемлемым и постыдным, начинает извлекаться на свет и претендовать на статус нормального, оно отвоевывает для себя место в ряду норм. Гомосексуализм, который еще в конце прошлого века считался девиацией, сегодня признан сексуальной нормой. Среди феноменов, активно требующих признания нормативности в последние годы, можно назвать шизофрению, аутизм и селф-харминг.

Разговор о реабилитации шизофрении ведется с середины прошлого века, когда о безумии заговорили философы и социологи. Они обозначили безумие как социальную проблему, а психиатрию как социальный институт, который создан для отгораживания индивидов, не вписывающихся в рамки нормального здорового общества. Однако в то же время начинает развиваться и другая грань проблемы осмысления безумия. Это попытки ряда ученых понять сущность шизофрении посредством феноменологии.

Онтологическая неуверенность – термин, введенный британским психиатром Р. Лэйнгом для того, чтобы обозначить переживания собственного существования теми, кого принято называть шизофрениками. Он говорит, что эти личности постоянно ощущают тревогу, их границы с внешним миром нарушены, а, следовательно, способ коммуникации с Другим отличается. Процессы, происходящие в психике онтологически неуверенного, сконцентрированы вокруг защиты собственного «Я» от столкновения с реальностью. Такая личность отличается механизмами восприятия Другого и восприятия собственной телесности.

«Тело ощущается скорее как объект среди других объектов в этом мире, а не как ядро собственного бытия индивидуума».

Обращаясь к терминам философской антропологии, можно сказать, что такие личности не способны к эксцентричности.

Термин “эксцентричность” принадлежит немецкому антропологу Х. Плеснеру. Он определяет ее как возможность человека выходить за границы своего тела, при этом не ощущая себя встроенным в окружающий мир. Человек, обладая эксцентричностью, способен занять фронтальную позицию относительно этого мира, а также относительно собственного существования. Обладая такой способностью, он может становиться на место Других, способен понять их существование, т.е. благодаря эксцентричности он способен к эмпатии.

Онтологически неуверенные личности переживают свою телесность иначе, их «Я» отделено от тела, а тело принадлежит окружающему миру. Такой человек не может занять позиции, которая позволяет быть эксцентричным. Его личность расколота и захвачена этим миром, она не принадлежит ему целиком. Его тело является лишь посредником, инструментом коммуникации, а «Я» испытывает тревогу и постоянно вынуждено защищаться. Любая коммуникация расценивается как посягательство на личность.

Лэйнг говорит, что развоплощение собственного «Я», отделение его от тела переживают и обычные люди в ситуациях, когда психика включает защитные механизмы, чтобы обезопасить индивида от психотического срыва. Нормальный индивид, говорит Лэйнг [5, с. 61], переживает такие развоплощения во сне или во время стресса, тогда как шизофреник постоянно ощущает опасность, исходящую от реального мира и Других.

Лэйнг приводит схему переживания шизофреником собственного существования:

«Вместо ситуации [(“я”/тело) другой]существует ситуация

[“я” (тело-другой)]»

Из этого следует, что в коммуникации, которая всегда происходит с помощью тела, шизофреник чувствует свое тело отделенным от себя и захватываемым Другим, что заставляет его находиться в постоянной тревожности. «Я» вынесено за границы тела, при этом телесность переживается особенно остро и каждый контакт с Другим приравнивается к посягательству на тело.

Исходя из этих рассуждений, мы можем говорить о наличии у шизофреника дополнительного защитного механизма психики у шизофреников, который защищает «Я» от вторжения Других. Следовательно, отличие человека, которого мы считаем нормальным от шизофреника состоит в том, что шизофреник иначе переживает собственную индивидуальность и при вступлении в коммуникацию с Другими делает все, для того чтобы максимально ее сохранить.

Граница между нормальностью и безумием определяется обществом лишь исходя из внешне наблюдаемых факторов – человеческого поведения, отношения к Другим, реакции на Других. В случае, если они совпадают с привычными нам, принятыми в обществе ожиданиями, мы сочтем человека нормальным, иначе общество стигмирует индивида, помещая за границы социальной нормы.

Уже сегодня 21-е столетие определяется исследователями как век социальных бифуркаций. Многие явления трансформируются, вместе с тем меняются и представления людей об этих явлениях. Ученые высказываются о необходимости в таких условиях поддержания и развития гуманистической парадигмы. Постепенно общество принимает ранее невозможные взгляды на социальные феномены и движется в сторону большей толерантности, конечно же, не без активного влияния сторонников тех или иных меньшинств. В последние три года в России активно набирает обороты движение психоактивистов. Благодаря их усилиям в прессе стало уделяться внимание проблемам людей с ментальными расстройствами, происходит массовое информирование людей о существовании индивидов с иным восприятием реальности. Возможно, уже в ближайшее десятилетие мы сможем наблюдать положительные изменения в отношении общества к людям с иными способами бытия.

Литература
1. Бейтсон Г. Экология разума: Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии – М. : Смысл, 2000. 476 с.
2. Гофман И. Стигма: Заметки об управлении испорченной идентичностью. URL: http://www.e-reading.mobi/bookreader.php/145155/Gofman_-_Stigma._Zametki_ob_upravlenii_isporchennoii_
identichnost%27yu.pdf (дата обращения: 12.04.2018).
3. Гоффман Э. Моральная карьера душевнобольного пациента (глава из книги «Приюты) // Социальные и гуманитарные науки. Серия 11. Социология, 2001. – № 1. С. 105–148.
4. Лэйнг Р. Д. «Я» и Другие. – М. : Независимая фирма «Класс», 2002. 192 с.
5. Лэнг Р. Д. Расколотое «Я». – СПб. : Белый кролик, 1995. 352 с.
6. Плеснер X. Ступени органического и человек: Введение в философскую антропологию. – М. : «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2004. 368 с.
7. Сас Т. Фабрика безумия: [сравнительное исследование инквизиции и движения за душевное здоровье]. – Екатеринбург : Ультра. Культура, 2008. 512 с.
8. Фуко М. История безумия в классическую эпоху. – СПб., 1997. 576 с.

Автор записи: Лариса Великанова

Лариса Великанова
Психоаналитик и философ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *